Юг России Инфо
 
 
 
Сделать стартовой  | Добавить в избранное
 
  Публикации
 
Логин: Пароль :     Регистрация на сайте | Напомнить пароль?
 
  Пресс-центр
 
 

Размещение
материалов
на сайте
 
 
  Карта юга России
 
 

 

Коррупция, произвол, ущемление прав рядовых сотрудников

Коррупция, Дагестан

Нездоровые органы

Алена Седлак, редактор отдела «Политика» «Эксперт Юг»

 «Коррупция, произвол, ущемление прав рядовых сотрудников», — такие обвинения регулярно выдвигает в адрес руководства МВД независимый профсоюз работников правоохранительных органов Дагестана. Массовые выступления с требованием отставки главы ведомства, генерал-лейтенанта Адильгерея Магомедтагирова, стали в республике перманентным явлением — их назначают, откладывают, проводят и назначают вновь. В этом году к недовольным милиционерам присоединились представители общественных организаций Дагестана, протестующие против методов проведения спецопераций, в результате которых гибнут мирные жители. Руководство дагестанской милиции объясняет некоторые «перегибы» необходимостью противостоять постоянно существующей в республике угрозе экстремизма.

Милиция против милиции

В МВД Дагестана настойчиво отговаривали от самостоятельных прогулок по Махачкале.

— У вас настолько опасно?

— У нас митинг запланирован против министра, — нехотя признается сотрудница министерства. — Есть информация, что возможны теракты. Мы помним 1998 год, когда мирный митинг перерос в государственный переворот, и не хотим повторения. Милиция в городе переведена на усиленный вариант несения службы. Так что не рискуйте, лучше скажите, куда вас отвезти…

Около часа свободного времени на осмотр достопримечательностей дагестанской столицы всё-таки нашлось. Повышенной опасности за это время почувствовать как-то не случилось. Обычный город, обычная жизнь — дома строятся, мамы с детьми гуляют, узкие дороги задыхаются от автомобильных пробок… Среди особенностей, которые нельзя не заметить, — большое количество женщин в классической мусульманской одежде, которых в Дагестане намного больше, чем в соседних, тоже мусульманских республиках. Гораздо чаще, чем, например, в Чечне или Ингушетии, встречаются и молельные комнаты для совершения намаза — такие в Дагестане сегодня есть, пожалуй, не только в каждой уважающей себя гостинице, но даже у придорожных кафе. Чуть позже делюсь наблюдениями, а заодно опасениями, высказанными в республиканском МВД, со своими собеседниками — начальником УВД Кайтагского района Дагестана Абдурашидом Бибулатовым и председателем республиканского независимого профсоюза работников МВД Магомедом Шамиловым.

«Ну, не так всё страшно, чтобы совсем уж по улицам не ходить! — смеётся Магомед Шамилов. — Просто наше МВД митингов боится, как огня. Они понимают, что ситуация здесь может взорваться, поэтому всеми способами стараются таких выступлений не допускать». Это ещё одна особенность современного Дагестана — милиция против милиции до сих пор ещё нигде в России не митинговала. В дагестанской же столице за последние два года протестных акций в адрес руководства МВД было несколько. Первая, в феврале 2007−го, едва не обернулась для одного из организаторов, тогда ещё зампредседателя милицейского профсоюза и замкомандира полка ППС Абдурашида Бибулатова серьёзными последствиями. Его отстранили от должности, ставили вопрос о служебном соответствии и, наконец, услали руководить районным УВД подальше от Махачкалы. Предварительно взяв слово, что ни в каких протестных акциях подполковник Бибулатов участвовать больше не будет. Другим результатом того скандального митинга стало частичное исполнение требования мятежного полка ППС — милиционеры добились выплаты сверхурочных и одного гарантированного выходного в неделю. Второй всплеск милицейской протестной активности случился в Махачкале весной этого года, когда вместе с неугомонным профсоюзом на центральную площадь города вышли сотрудники батальона ГИБДД — перед этим руководство МВД приняло решение сократить 75 «гаишников». После вариант сокращения заменили переводом нескольких постов с федеральной трассы (хлебного места для любого «гаишника») в Махачкалу.

29 августа в Махачкале снова протестовали «против произвола и коррупции в МВД». Поводом тогда послужила спец­операция, в результате которой оказались убиты преподаватель Дагестанского педагогического университета Рашид Газилалиев и его супруга. Митингующие потребовали от Генпрокуратуры РФ, управления собственной безопасности МВД РФ и правительства Дагестана провести проверку деятельности республиканского МВД.

Коррупционный конвейер

Руководитель милицейского профсоюза рассказывает: «Я пригласил на митинг Союз общественных объединений с просьбой поддержать наших милиционеров, чьи права ущемляются их руководством. Встаёт председатель независимого профсоюза водителей и говорит: “Магомед! Я этих твоих милиционеров не то, что защищать не хочу, я бы из них своими руками шашлык сделал!”. И я прекрасно понимаю, отчего у него такая непримиримая позиция».

Средняя зарплата сотрудника дагестанского МВД (руководящие должности в расчёт не берутся) составляет 5–8 тысяч рублей. При этом, по данным представителей независимого милицейского профсоюза, на работу в милицию устроиться непросто — самые скромные должности, вроде инспектора ППС, здесь стоят 500–1000 долларов, за место инспектора отдела ГИБДД приходится платить уже около 8 тысяч. Сопоставляя цифры, несложно сделать вывод — суммы в долларах будущие дагестанские милиционеры платят отнюдь не за возможность ежемесячно получать скромное жалование, будучи потенциальной мишенью для боевиков.

В июле этого года «прейскурант», действующий в дагестанском МВД, опубликовала популярная в республике газета «Черновик». Её издатель, директор ООО «Свобода Слова», руководитель фонда «Общество Согратль» Хаджимурат Камалов рассказывает: «Приём людей в систему МВД за взятки давно стал нормой, поэтому в ряды милиционеров часто попадают не самые дееспособные из кандидатов, которые порой не знают, с какой стороны читать закон о милиции».

В профсоюзе работников МВД Дагестана убеждены, что в республике создан целый коррупционный конвейер, главное звено которого — высшее руководство министерства внутренних дел. Рядовые же сотрудники в этой ситуации — не более чем «винтики» системы. «У них нет утверждённого графика 40−часовой рабочей недели. Они работают по 80–90 часов, без доплаты за переработку. А из зарплаты ещё и вычитают по 600–700 рублей — на нужды МВД», — рассказывает Магомед Шамилов.

Личный состав дагестанской милиции — около 20 тысяч человек, включая старших офицеров. Ротация кадров, по данным лидеров профсоюза, идёт постоянно. «Чаще всего отправляют в отставку по достижении предельного возраста — 45 лет. Избежать увольнения можно, только заплатив. Если не платишь — уходишь. И так увольняют лучших! А на их место приходят те, кто ничего не умеет делать», — рассказывает Шамилов.

Хаджимурад Камалов как представитель общественности недавно был приглашён на совещание к президенту Дагестана Муху Алиеву. И там обвинил главу республиканского МВД в коррупции — в его же присутствии. «Я президенту рассказал о том, о чём знает вся республика. О продаже должностей, об игровых автоматах, которые так и не выведены за черту города, о поборах на таможне, о незаконной нефтепереработке, об экономических преступлениях, которые совершаются с ведома Адильгерея Магомедтагирова», — говорит Хаджимурад. И тут же предлагает пути разрешения сложившейся проблемы: «Надо, чтобы специальная комиссия собрала реальные материалы, которые обоснуют необходимость отставки Магомедтагирова. Сегодня его мощью пользуется огромный класс людей, заведомо нацеленных исключительно на то, чтобы “щипать” наш бюджет и принимать участие в распределении финансовых потоков». После этого случая дома у Камалова и в офисе прошли обыски — «в связи с появившейся необходимостью», как было указано в постановлении.

Изнанка борьбы с экстремизмом

По официальным данным МВД Дагестана, с 1999 по 2008 годы при исполнении служебного долга в республике погибли 246 сотрудников милиции, 441 получил боевые ранения. Сегодня на милиционеров в республике идёт настоящая охота.

— Вот тут в 10 часов утра обстреляли пост, — рассказывает Абдурашид Бибулатов, показывая на перекрёсток в центре Махачкалы. — Одного убили, двоих ранили. Прямо рядом с МВД — этот пост как раз из тех, которые должны обеспечивать охрану здания. Наглым образом преступник обстрелял и ушёл. Хорошо, что другая машина его догнала и уничтожила.

Проехав метров пятьсот, продолжает:

— Вот здесь, на перекрёстке, стоял наряд, подъехала «девятка», подождала, когда они сядут в свою машину, тронутся — в спину их расстреляли и уехали. А две недели назад возле памятника в центре города были застрелены три милиционера, чуть ли не показательно. И никого не задержали, не нашли.

— Кто может убивать милиционеров среди бела дня?

— Бандиты, боевики! Милиционеры для них — самая доступная мишень. Они стоят на улице даже без бронежилетов. Те подъезжают и стреляют, — включается в разговор Магомед Шамилов.

— Так просто?

— А это загадка — как им удаётся с оружием проехать по городу. Тут на каждом посту все машины вверх дном переворачивают, досматривают. А тех не находят…

— Знаете, что самое страшное? — говорит подполковник Бибулатов. — Многие люди радуются, когда убивают сотрудников милиции. Потому что милиция за последние годы сама довела народ до такого состояния! Водителям уже опротивело, что их каждый день по нескольку раз досматривают. На каждом перекрёстке стоит совместный наряд ДПС, ППС и ОМОН, ни одной машины не пропускают. А толку нет. И население сегодня больше боится милиции, чем боевиков.

Повседневной реальностью в Дагестане стали не только повальный досмотр автотранспорта, но и спецоперации в черте города. Порой — с жертвами среди мирного населения. По мнению Хаджимурада Камалова, дагестанская милиция в последние годы слишком увлеклась непрофильной для себя деятельностью — борьбой с терроризмом: «Есть же Центр специального назначения ФСБ РФ, и здесь располагается отряд этого центра. Есть боевые подразделения, специально предназначенные для проведения спецопераций. Но Магомедтагиров посылает туда милиционеров, потому что ему нужны победные реляции для Москвы, ему нужно как-то оправдывать свою деятельность».

В МВД с такой точкой зрения категорически не согласны. «Многие говорят — это не ваше дело, вы не должны этим заниматься. Но, во-первых, возможностей у милиции всё-таки больше, милиция к народу ближе, у неё контактов больше — и поэтому мы вынуждены так или иначе влиять на ситуацию. А во-вторых, у нас тесно взаимодействуют все правоохранительные органы — МВД, ФСБ, прокуратура по вопросу противодействия экстремизму работают как одна команда», — сказал в интервью «Эксперту ЮГ» замминистра, начальник штаба МВД Дагестана, полковник милиции Магомед Газимагомедов. По его словам, жертвы среди мирного населения при проведении спецопераций, о которых так много пишут в СМИ, — не более, чем единичные случаи: «Люди как воспринимают? Если погиб милиционер — это не жертва. А если при проведении спецоперации в квартире оказалась женщина — это жертва. Но бандиты жили у этой женщины, она знала, кто они и принимала их, у неё с ними одна идеология! Помню, на одной спецоперации, когда, по нашим расчётам, боевики уже были уничтожены и стрельбы не должно было быть, из дома начали стрелять. Мы людей послали на переговоры, думали — может, там старик один остался, хозяин дома. Оказывается, старик был уже мёртвый, а стреляли две женщины, по шариату — жёны боевиков».

У полковника Газимагомедова — свои счёты с боевиками. В 2005 году в Махачкале при нападении на служебную машину замминистра был расстрелян его сын Магомедрашат, капитан дагестанского ФСБ. Вместе с ним погиб водитель замминистра. Самого Газимагомедова в машине тогда не было. Сегодня стены в кабинете начштаба дагестанского МВД «украшают» фотографии из серий «их разыскивает милиция» и «уничтоженные и задержанные» с 2005 по 2008 годы. Часть фотографий перечёрк­нута красным: «убит».

«У нас в Дагестане все, от малого ребенка и до главы республики, знают, как проводить спецоперации. У каждого есть своё мнение, он знает, кто внутри блокированного здания, кто во всём виноват и что надо делать. И ему обязательно надо видеть, так делается или иначе. О безопасности люди не думают — а пуля-то, как известно, дура. Она не выбирает», — с горечью говорит полковник.

Ислам против ислама

С начала 1990−х годов руководство Дагестана начало активную пропаганду ислама — традиционная для Северного Кавказа религия должна была стать заменой коммунистической идеологии. Отсюда и обилие молельных комнат в республике, и соответствующие программы по местному телевидению. «Правильный» ислам рассматривался и как серьёзное подспорье в борьбе с религиозными экстремистами. Эта работа дала кое-какие положительные результаты. «Многие поняли опасность идеологии так называемых ваххабитов. Сначала думали, что они — за ислам. Потом увидели, что эти бандиты не могут суру из Корана прочитать, но при этом говорят о религии. И люди стали помогать нам, от них начала поступать информация», — рассказывает Магомед Газимагомедов.

Однако вот парадокс — несмотря на «успешную» борьбу с экстремизмом, боевиков в Дагестане меньше не становится, более того, экстремистское подполье, прежде разрозненное, модернизируется в систему. «Раньше они действовали обособленно — Махачкалинская группа отдельно, Буйнакская — отдельно и так далее. А сейчас они обмениваются информацией, друг у друга скрываются, друг другу помогают, и при проведении крупных акций выступают совместно. Правда, и самых одиозных фигур, которые были лидерами, тоже нет — уничтожены Ильгар Малачиев, Рапани Халилов и многие другие — люди, которые имели выход на заграницу, которые финансировались оттуда. Большинство тех, кто остались — это уже наши, доморощенные, бандиты», — объясняет полковник Газимагомедов.

Зато поток «доморощенных», которыми пополняется экстремистское подполье, и не думает иссякать. Причём в рядах экстремистов порой оказываются не только такие, которые по выражению полковника Газимагомедова, не могут прочитать суру из Корана. «Часто там появляются люди с внутренним неприятием того социал-феодализма, который сложился в нашем обществе. Всё наше руководство в прошлом было заражено социалистической терминологией, а методика управления оставалась на уровне XVIII века, на уровне феодализма. А у этих людей другой способ мышления. Среди них есть такие, кто окончил школу с золотой медалью — за счёт них эта среда качественно преобразуется, и создаётся довольно жуткая ситуация», — говорит Хаджимурад Камалов.

Иными словами, так называемый ваххабизм оказывается неким идеологическим инструментом для недовольных негативными процессами в Дагестане — той же коррупцией, которой, по свидетельствам даже руководства республики, сегодня поражены отнюдь не только правоохранительные органы. Апеллируя всё к тому же исламу, пользуясь цитатами из Корана, вербовщики легко находят сторонников среди дагестанской молодёжи. Масла в огонь порой невольно подливает всё та же милиция. «Молодые пацаны видят милиционеров, которые во время спецопераций стреляют во всё, что движется. И видят, как ваххабиты мужественно умирают с включённым телефоном в руках, не соглашаясь сдаться. После этого они считают последних чуть ли не героями. И, взрослея, сами уходят в лес», — описывает Хаджимурад Камалов пугающую тенденцию.

Попытки договориться

Митинг, которого опасались в дагестанском МВД, не состоялся. Его организаторы констатируют, что наметились «позитивные подвижки» в действиях руководства республики и министерства внутренних дел. Начали создаваться комиссии для проверок, о которых участники протестного движения говорили ещё в конце августа. «Общественность хочет закрепить имеющийся позитивный результат, поэтому мы решили отложить митинг до первых результатов работы комиссии», — говорит Хаджимурад Камалов. По его словам, обсудить сложившуюся ситуацию непосредственно с главой дагестанского МВД решено в Общественной палате республики. Там же будет поставлен вопрос о социальной защите милиционеров.

То, что попытки договориться всё-таки предпринимаются, — добрый знак. В Дагестане уверяют, что это — следствие процессов, которые начались в республике при президентстве Муху Алиева. Дагестанский президент не раз встречался с местной оппозицией, не раз говорил руководству МВД о недопустимости превышения полномочий при проведении спецопераций, не раз признавал необходимость борьбы с коррупцией. Демократичный президент оказывается своего рода противовесом живущему по законам военного времени республиканскому МВД. Получается, что в республике сегодня действуют два противоположных вектора — гражданская власть строит демократические институты и поощряет развитие гражданского общества, а власть «милицейская» обеспечивает порядок, объясняя неразборчивость в выборе средств необходимостью противостоять угрозе экстремизма. В итоге ситуация удерживается в шатком, но равновесии.

К слову сказать, на федеральном уровне сегодня делаются шаги, которые направлены на оздоровление системы МВД по всей стране, и, теоретически, должны серьёзно отразиться на ситуации в Дагестане. В начале сентября подписан указ президента РФ «О некоторых вопросах МВД РФ», предполагающий реформу структур, ответственных за борьбу с терроризмом. Согласно этому документу, в системе МВД создаются управления по борьбе с экстремизмом с более чётко, чем прежде, очерченными функциями. В Госдуме рассматривается целый пакет антикоррупционных законопроектов, внесённых президентом. Вопрос, правда, в том, как скоро сказанное на федеральном уровне будет услышано и воспринято в регионах. В самой южной республике Северного Кавказа по этому поводу пока высказывают довольно скептические прогнозы.

 


Источник - http://www.expert.ru/printissues/south/2008/24/nezdorovye_organy/
 
 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.


Другие новости по теме:
  • Россельхозбанк повысил процентные ставки по вкладам
    Россельхозбанк повысил процентные ставки по вкладам «Агро — Классика», «Агро — VIP» и «Агро — Стимул»

  • Чтобы навести порядок в Ингушетии, её глава просит у МВД ещё 2 тысячи милиц ...
    Вернувшись в Магас, Ю.Евкуров отправил в отставку вице-премьера республики Р.Цейчоева, начальника ЖКХ А.Касиева и помощницу советника президента А.Плиеву. Евкуров также заявил, что намерен

  • 21 ВЕК — век России! Век наших побед!
    С 1 июля 2009 года стартует рекламная акция сигарет марки «21 Век» — «21 ВЕК — век России». Рассказываем





  •  
      Объявления
     
     
     
     
     

     
      Популярные статьи
     
     

     
     
      Опрос
     
     
    Сколько вам лет?

    12-16
    17-22
    23-28
    29-35
    36-45
    более 45



    Показать все опросы

     
     
    Главная | Регистрация | О нас | Реклама | Правила | Статистика | Контакты

    Правила обработки персональных данных COPYRIGHT © 2004-2019 Southru.info All Rights Reserved