Установлено, что появление в исламском мире фундаментализма как социально-политического феномена было вызвано осознанием несостоятельности заимствованных с Запада моделей общественного развития (социализма и либерализма). Особенно ярко это проявилось на фоне отставания от ведущих держав в сфере экономики, а также зависимости большинства правящих режимов мусульманских стран от политики Запада. В этих условиях ислам в его радикальной форме превратился в мощную внутриполитическую силу, которую поддержали широкие массы. Исламский фундаментализм является новым идейным началом, направленным, прежде всего, на решение современных проблем мусульманского общества, что способствует росту его популярности в исламском мире. При этом ультрарадикальные фундаменталистские организации проявляют себя как значительная сила, способная активно влиять на международную политику. Одним из ярких примеров является роль исламистов во внутриафганском конфликте в 80 – 90 гг. XX в. События 11 сентября 2001 г. продемонстрировали угрозу со стороны экстремистских групп, декларирующих свою приверженность исламу, для геополитических устремлений США и показали всю неоднородность и противоречивость процессов, протекающих в исламском мире.
Главарями бандформирований продолжает осуществляться деятельность по привлечению на свою сторону населения республики и духовенства. Отмечены попытки психологической обработки жителей и, особенно, духовенства во многих селениях, преимущественно горных районов Чечни. Здесь неоднократно распространялись обращения т.н. “Высшего военного совета”, подписанные Ш.Басаевым и Хаттабом. В них содержались обвинения и угрозы в адрес сотрудников местных администраций и религиозных деятелей по поводу их сотрудничества с федеральными силами. Священнослужителям предлагалось “искупить свою вину перед чеченским народом, только оказывая содействие моджахедам в борьбе против оккупационного режима”. Логическим завершением переориентации всего сепаратистского движения Чечни на исключительно исламистские позиции служат поправки к «конституции ЧРИ», опубликованные на удуговском сайте «Кавказ-центр» . В преамбуле сообщается, что «источником всех принимаемых решений являются Коран и Сунна». Высшим органом власти ЧРИ провозглашается Маджлисуль Шура во главе с руководителем государства, по принципу – «амир для шуры». Кадровую политику осуществляют члены Маджлисуль Шуры после выяснения соответствия назначаемого нормам шариата и компетенции. Принцип формирования Маджлисуль Шуры предполагает, что она «образуется из амиров и алимов, принимающих активное участие в джихаде».
После 1917 г. оно было ошибочно причислено к специфическому ответвлению украинского языка, а содержащиеся в нем русские языковые компоненты стали по незнанию относить на счет “русизмов”. Однако, несмотря на наступившие перемены, население данных местностей продолжало разговаривать привычным способом. Его лингвистические особенности продолжали оставаться исходя из сложившихся представлений не понятыми. В ходе переписи
1920 г., проведенной с завершением наиболее крупных финальных эпизодов гражданской войны [55], и вследствие этого весьма неполной и неточной, население, говорившее на новороссийском наречии, было записано совершено искусственно как украинское, что учитывалось при установлении пределов соответствующей “национальной” границы и административно-территориального деления при образовании СССР в 1922 г. Значительная часть Новороссии оказалась в составе Украины.
После 1917 г. оно было ошибочно причислено к специфическому ответвлению украинского языка, а содержащиеся в нем русские языковые компоненты стали по незнанию относить на счет “русизмов”. Однако, несмотря на наступившие перемены, население данных местностей продолжало разговаривать привычным способом. Его лингвистические особенности продолжали оставаться исходя из сложившихся представлений не понятыми. В ходе переписи
1920 г., проведенной с завершением наиболее крупных финальных эпизодов гражданской войны [55], и вследствие этого весьма неполной и неточной, население, говорившее на новороссийском наречии, было записано совершено искусственно как украинское, что учитывалось при установлении пределов соответствующей “национальной” границы и административно-территориального деления при образовании СССР в 1922 г. Значительная часть Новороссии оказалась в составе Украины.
Как показали трагические события последних лет, значение объективных исторических познаний в судьбе народов нельзя недооценивать. Они не просто воссоздают во времени панораму минувшего, но несут в себе очертания настоящего и будущего. Даже на самых ранних стадиях развития этнических сообществ, идеология которого отражалась в легендах и мифологических преданиях, устойчивость и сохранность этих сообществ во многом зависела от качества передачи познаний о прошлом из поколения в поколение. Эта зависимость в этнонациогенезе не исчезла и поныне.
Степень изученности проблемы. Особенности административно-политического обуст-ройства российских окраин, и в частности Кавказа, остаются до сих пор наименее раз-работанными. Самое обстоятельное, но далеко неполное, изложение их было пред-принято еще С. Эсадзе в изданном в 1907 г. двухтомном труде, в котором преимущест-венно показывалось постепенное развитие гражданского управления Кавказом “со времен присоединения Грузии к России…”.
Для его составления автором были привлечены обширные архивные материалы кан-целярии наместника, военно-народного управления, сословно-поземельной комиссии и штаба Кавказского военного округа [1]. Обобщение их в своеобразной исторической записке явилось первой попыткой в раскрытии темы, имевшей тогда и познавательное, и практическое значение для преодоления в России революционной смуты.
Кавказская война явилась следствием внутрирегиональных, в том числе и внутригорских противоречий. Отражением их являлась, в частности, государственно-политическая солидари-зация значительной части населения Кавказа с Россией. Проявлявших же враждебность и оста-вавшихся непримиримыми усмиряли “не единой силою оружия, – а как предписывала еще в 1792 г. императрица Екатерина II в инструкции генералу Гудовичу, действовавшему на Кавка-зе, – паче правосудием и справедливостью”. Эта линия в проводимой Россией политике в этом регионе, как, впрочем, и в других, выдерживалась, в целом, весьма последовательно, лишь с временными нетипичными отклонениями.
Давно замечено, – идеи как формируют, так и разрушают государства. При этом, как правило, созидательные выявляются из хода исторического развития, деструктивные – выры-ваются из его контекста. Именно такое развитие постепенно подвело Россию и Кавказ к необ-ходимости единства. Это непростое геополитическое решение вырабатывалось целыми эпоха-ми. Тем не менее и на рубеже ХХ – ХХI вв. России пришлось столкнуться с драмой чеченских событий и в более широком контексте с изменением геополитического и цивилизационного равновесия на евразийском пространстве в ущерб своим стратегическим интересам. Ретроспек-тивное изучение особенностей установления единства России и Кавказа диктуется в том числе тем, что в последние годы в этом крае происходили такие конфликты между народами, которые по количеству жертв и разрушений вполне сопоставимы с крупномасштабными войнами.
