26 февраля 2006 г., "ГТРК "Алания"", Республика Северная Осетия-Алания

Молчание - не всегда золото.

Евлоев Т.

С самого начала, когда стали раздаваться заявления    из г.Москвы, что к концу 2006 г. конфликт между    осетинами и ингушами будет решен, мало кто верил в    реальность такой возможности. И все-таки надеялись.    Недаром говорят, что надежда умирает последней.     8 февраля 2006 г. после подписания в г.Ростове    протокола совещания, эта надежда умерла    окончательно. Теперь уже нет никаких сомнений, каким    именно образом федеральный центр намерен завершить    этот конфликт. Представители власти не стали    изобретать велосипед - конфликт решили завершить на    бумаге. Для этого достаточно завизировать бумагу    подписями официальных представителей конфликтующих    сторон.    2006 г. еще не закончился, а представитель    президента в ЮФО Козак убежденно заявляет -    "осетино-ингушского конфликта как такового нет".    Далее, правда, оговаривается, что в Осетии существуют    населенные пункты, жители которых возражают против    возвращения ингушей. Так чего же они возражают, если    конфликта нет? Значит все-таки что-то есть, если    даже Глава Северной Осетии жалуется верховному    комиссару ООН г-же Арбур на ингушей,    дипломатично не называя ингушей ингушами:    "Признаюсь, я так же субъективен, как и мои коллеги    в Ингушетии. Мы делаем разные оценки. Мы разделяем    мнение, что преступник не имеет национальности. Но, к    нашему глубочайшему сожалению, в результате    раскрытия многих терактов в республике и стране,    было установлено, что совершались они    представителями одной национальности. На стадии    следствия по г.Беслану, к нашему сожалению, опять    повторяется та же картина. Это не может не напрягать    обстановку. Но мы будем стараться делать все    возможное, чтобы установить позитивный    морально-психологический климат в осетино-ингушских    отношениях".    Я не стану осуждать действия осетинской стороны    хотя бы потому, что было бы удивительно слышать и    ожидать от них слова и действия иного рода.    Недоумение вызывают действия ингушской стороны.    Точнее бездействие. Абсолютно непонятно, о чем    разговаривают президенты двух республик с Козаком. И    совсем уж неясной остается позиция Зязикова. Его    коллега Мамсуров своих взглядов не скрывает. Все на    той же встрече с Верховным комиссаром он говорит    конкретно языком цифр, вводя в заблуждение    доверчивую женщину. Мамсуров объяснил госпоже Арбур,    что после осетино-ингушского конфликта 1992 г. в    Пригородном районе Северной Осетии 25 тыс. ингушей    покинули свои дома. В течение прошедших 15 лет    22 тыс. из них вернулись в Пригородный район, им    были выплачены денежные компенсации, они были    обеспечены жильем. И уже далее с гордостью отмечает,    что "80% ингушей, проживающих в Ингушетии, вернулись    в свои дома. Я не знаю такого межнационального    конфликта, чтобы в ходе урегулирования такое    количество людей снова вернулось". Ну, сказал и    сказал, казалось бы, что тут шум поднимать, есть же    федеральный центр, он, если что, подкорректирует    Мамсурова. Нет, центр молчит. Оно и понятно, г-н    Козак скорее всего думает точно так же. Молчит и    ингушская сторона. Получается, что и Зязиков    согласен. Ну хоть бы кто-нибудь урезонил осетинского    президента, упрекнул в откровенной лжи. Это же не    так тяжело. Для начала можно было бы опровергнуть    слова Мамсурова словами его предшественника    Председателя Верховного Совета СОАССР А.Галазова. В своем выступлении на заседании 18 сессии Верховного    Совета СОАССР, состоявшейся 10 ноября 1992 г., он    назвал другую цифру: "В республике, по статистике    1990 г. было 32,782 ингуша". Уж кто-кто, а Галазов    бы не стал подыгрывать ингушам.    Затем можно было организовать Козаку поездку по    селам Пригородного района, чтобы он воочию увидел    эти 80% вернувшихся. Особенно в таких селах, как Ир,    Октябрьское, Сунжа и Южный.    Затем, при подписании плана соглашения, предложить    федеральному центру создать такой же пос.Новый    для беженцев из Южной Осетии и, в первую очередь, для    тех, кто вот уже 13 лет живет в ингушских домах.    Но ингушская сторона проявляет непонятную    тактичность и уступчивость. Более того, ингушские    власти озабочены тем, чтобы, не дай Бог, возмущение    народа не выплеснулась на улицу. Хотя здесь я с ними    полностью солидарен. В свете последних решений    Кремля эти возмущения могут быть расценены как    террористический акт или призывы к свержению    конституционного строя. Тут уже церемониться не    будут. Да и в Северо-Кавказской прокуратуре очень    обрадуются такому развитию событий, уж очень они    любят там возбуждать дела по таким делам,    контртеррористическим.    Остается только правовой путь. В Российской    Федерации с правом не все славу Богу, но при    определенного рода настойчивости можно добиваться    вынесения положительных решений. Для более    оптимального достижения результата необходима    поддержка власть имущих и имеющих деньги. В конце    концов, можно скинуться и пожертвовать чем-то ради    национальных интересов. Жертвы не такие большие.    Понятно, что Зязиков не станет отказываться    подписывать всякие там протоколы и соглашения. Чего    доброго за такую активность могут лишить поста    президента. Однако привлечь к справедливому решению    осетино-ингушского конфликта профессиональных    юристов, экспертов, политологов, наверно все-таки    можно. Прежде всего со стороны, потому что    экспертные заключения ингушских экспертов    рассматриваться как объективные не будут. Как,    например, игнорируются все протесты ингушских    парламентариев.    Реальное положение вещей в сегодняшнем ингушском    обществе таково, что скорее всего пройдет план    Козака. Что-то изменить в ближайшем будущем не    удастся. И все-таки остается надежда. Другая    надежда, основанная отнюдь не на вере в торжество    справедливости по воле людей. Самое главное не    сдаваться в душе и верить. Возможно, эти слова могут    прозвучать как насмешка над людьми, которые на    протяжении последних 13 лет верили в то, что смогут    вернуться в своим дома. Но время, когда они должны    были активно бороться за свои права, ушло, а теперь    остается только верить. (www.ingushetiya.ru)