Независимая газета 16.05

Присяжные оправдатели

«Народное правосудие» на Северном Кавказе показало свою неэффективность

Оправдательный приговор, который вынесли присяжные обвиняемым по делу об убийстве редактора русской версии журнала «Forbes» Пола Хлебникова, еще раз заставил задуматься об эффективности «народного правосудия». Впрочем, учитывая, что процесс шел в закрытом режиме, пример дела Хлебникова, надо полагать, не самый показательный.

Более отчетливо проблема высветилась в ходе судебных разбирательств в республиках Северного Кавказа, где с прошлого года не было вынесено ни одного обвинительного вердикта по тяжким и особо тяжким преступлениям. Не понес наказания ни один из подозреваемых в терроризме и заказных убийствах. После известного процесса над Салманом Радуевым и Турпалом-Али Атгериевым в Махачкале в декабре 2001 года «народные» суды освобождали даже тех, кто обвинялся во взрывах жилых домов в Каспийске и Буйнакске. Не понесли наказания и охотники за жизнями политиков и милиционеров.

Не удивительно, что такая процедура судебного разбирательства особенно популярна у обвиняемых. Большинство громких преступлений, совершенных в «горячей» Чечне или в относительно «тихой» Адыгее, рассматривается, как правило, в соседних регионах – в Краснодаре, Ставрополе, Кисловодске, Ростове-на-Дону. Здесь суды присяжных функционируют давно, а процент оправдательных приговоров наиболее высокий.

Там, где обвиняемым не сразу удается услышать заветное «не виновен», дела рассматриваются не один год, как это имеет место «по делу Каитова», подозреваемого в организации убийства семерых жителей Карачаево-Черкесии. В других случаях выносится решение об истечении срока давности по преступлениям, совершенным в том числе и по статье «терроризм». К примеру, оправдательный приговор вынесен по делу о теракте, произошедшем во время военного парада в Каспийске 9 мая 2002 года, взрыве жилого дома в Буйнакске в сентябре 1999 года (в разгар операции по уничтожению банд террористов, вторгшихся в Дагестан). Один из идейных вдохновителей этой авантюры, помощник Шамиля Басаева поэт Адалло Алиев, получил 8 лет лишения свободы условно.

«Кризис правосудия на Северном Кавказе станет более зримым и ощутимым после того, как в Чечне – единственном субъекте страны, где еще не введен этот институт, с 2007 года дела будут рассматривать присяжные заседатели, – отметил «НГ» сотрудник Института гуманитарных исследований Руслан Камоев. – В условиях незащищенности и откровенного страха перед куда более организованными преступниками присяжные предпочитают «не лезть на рожон». К тому же за свои решения они не несут в отличие от судей никакой ответственности. И большинство из них не искушено в юридических тонкостях».

Несмотря на то что уровень преступности, по официальным данным, на Северном Кавказе ниже, чем в целом по стране, доля «типично кавказских» преступлений – терактов, убийств представителей органов власти и силовых структур – в регионе выше в несколько раз. «На самом деле их доля гораздо выше официальных цифр, – считает Камоев. – Когда суды не выносят обвинительных заключений, милиция предпочитает дела по обвинению террористов не доводить до суда. Боевиков просто уничтожают на месте».

Одновременно с этим, как отметил в недавнем своем докладе заместитель генпрокурора РФ Николай Шепель, более 10 тысяч преступлений, совершенных на Северном Кавказе, скрывается. Очевидно, что с введением судов присяжных следователям стало сложнее собирать доказательную базу, а государственным обвинителям приходится вести непривычный для них состязательный процесс. А главное, как показал опыт прошлого года, нет уверенности, что приговор присяжных заседателей вновь не окажется оправдательным.