«Газета Юга», 02/120707

А. Мякинина

"Не хотим состоять в партии, где слово расходится с делом"

Глава администрации с. Безенги Мурадин Рахаев вышел из партии "Единая Россия", а глава администрации с. Карасу Ибрагим Толгуров - из совета сторонников "Единой России".

"Мы и вступили-то без особых убеждений. Было такое негласное правило, что все главы администраций хочешь - не хочешь должны быть членами этой партии. Мы считаем, что региональное отделение партии не владеет ситуацией в республике или не хочет владеть", - заявили они.

"Основная причина - у нас в республике не дают работать 131 закону, - говорит Мурадин Рахаев. - Села не могут прийти к самодостаточности и самоокупаемости. Мы не владеем землей, главы сел не могут распоряжаться ни одним гектаром. За три года из села Безенги общей численностью 850 человек уехали 200 молодых людей. Это при том, что вокруг столько пастбищ, сенокосов, люди хотят заниматься сельским хозяйством. Хочу пообщаться по этому поводу с властью - игнорируют, на письма не отвечают. Написал Президенту КБР - через месяц пришел ответ, что вопрос рассматривается. Прошел еще один месяц - нет ответа. Глава района собрал в Безенги сход и объявил, что земли принадлежат ОАО им. Аттоева. Я спросил, есть ли на это законные основания. Оказалось, нет.

Людей пытаются уверить: будет лучше, чтобы земли принадлежали республике. Якобы между кабардинцами и балкарцами может быть конфликт из-за земли. Но этого никогда не будет. Раздайте земли и не стойте между людьми. Они сами разберутся по-деловому и мирно. Если, например, приедет кабардинец и скажет: "У меня есть интерес к вашим землям", разве я против? Или я сам поеду в Терский район и скажу: "Выделите мне поле" - никто мне не откажет. Люди мудрее чиновников, без них разберутся. Просто власть хочет забрать эти земли и хозяйничать, имея материальную выгоду.

Происходит полная деградация, особенно в селах. Все уезжают из села. Живут в городе как придется. Работают охранниками, продавцами, строителями, нет никакой перспективы.

А как только поднимаешь голову, высказываешь мнение, противоречащее мнению власти, сразу вешается ярлык: экстремист. Только в прошлом году официально милиция проверила меня семь раз, неофициально пятнадцать. Изымают документы именно в те моменты, когда с нас начинают требовать отчеты в финотдел. Мы говорим: "Наши документы в милиции". Нам отвечают: "Это не наши проблемы". Идем в милицию - то же: "Не наши проблемы".

"В Карасу примерно та же проблема, - поддерживает Ибрагим Толгуров. - Сыр-бор начался из-за межселенных земель. В один прекрасный день пригласили нас в районную администрацию и показали карту села. Смотрим - на ней только границы домов. После долгих споров положенные межселенные земли включили-таки в границы поселения, и Парламент утвердил эти границы. Но тут же через неделю вышло постановление Правительства, что эти земли переходят в республиканскую собственность. Теперь получается, что землю в аренду раздают чиновники из Нальчика, которые элементарно не разбираются в сельском хозяйстве. Например, в Хумалане отличные сенокосные земли Минимущества отдало на пастбища. В результате сенокосы вытравлены, и людям нужно ездить на сенокос за тридевять земель. И еще один момент: лот, который выставляется на аукцион, - 50 гектаров земли. А что делать простому жителю Карасу, которому нужны 1-2 гектара?"

"Еще один принципиальный момент - пограничная зона Безенги, - продолжает Мурадин Рахаев. - Я написал письмо на имя директора ФСБ России Патрушева с предложениями об изменении пределов пограничной зоны на территории Безенги. В статье 16 федерального закона от 01.04.2006 сказано, что пограничная зона должна согласовываться с главой поселения. Со мной никто ничего не согласовывал. Это делали люди, которые плохо представляют специфику этой местности. Пропускной режим в местах массового пребывания альпинистов, туристов и жителей села, сто процентов которых занимаются скотоводством, отрицательно скажется на пополнении бюджета, повысит социально-экономическую напряженность. Представим самую рядовую ситуацию. Например, у чабана корова перешла за границу. Чтобы пойти за ней, ему придется преодолеть 5- 6 км тяжелейшего спуска по горе - часа два, зарегистрироваться на пропускном пункте и идти обратно искать скотину - часа четыре. Такие случаи уже были. Теперь начинается сенокос, грузовые машины едут наверх и будут стоять в очередях.

В этой пограничной зоне также расположены альпбаза, спортивно-оздоровительный комплекс, строящаяся частная гостиница, кладбище, 60% пастбищ и 70% сенокосных угодий.

Почему-то с федеральной властью у нас проблем не возникло. Оттуда пришел ответ: "На территории Кабардино-Балкарии будут скорректированы пределы пограничной зоны в части исключения из нее альпинистских лагерей, туристических баз и иных мест традиционного пребывания граждан". Этот ответ мы получили еще в феврале, однако до сих пор ничего не предпринято. Зато меня вызывали в прокуратуру. Якобы я занимался деструктивной деятельностью в селе и призывал не подчиняться пограничникам. Иными словами, хотели стравить меня с пограничниками, с которыми я всегда был в отличных отношениях. Но ведь любому понятно, что они просто выполняют свою работу. А законы издает власть".

"Все местные чиновники, с которыми возникают конфликты, состоят в "Единой России", - подчеркивают главы сел. - Во всех программных заявлениях партии говорится, что все делается во благо народа. А давайте спросим народ, где эти блага, довольны ли они их политикой.

Не хотим быть в партии, куда берут без разбора всех чиновников. Не по личностным качествам, не по убеждениям, а по принципу, какое кресло он занимает.

Мы не хотим состоять в партии, где слово расходится с делом. Это не по-мужски, не по-кавказски и просто непорядочно. А если мы будем в этой партии, значит, мы тоже причастны к этому".